Хорошая новость заключается в том, что «униформа», в которой она появилась в своем успешном документальном фильме Netflix 2025 года – серая футболка «Tilly» и джинсы «Alina» в стиле 1970-х годов – привела к значительному росту продаж.
В примечаниях к отчетности, охватывающей период до декабря 2025 года, говорится: «Сериал обеспечил… особенно сильный импульс для категорий денима и трикотажа, при этом продажи единиц продукции выросли на 48% и 35% соответственно».
Кроме того, впервые был зафиксирован операционная прибыль, о чем с гордостью было объявлено газете Financial Times в начале этого месяца.
Она рассказала газете: «Мы все долго и упорно работали ради этого момента прибыльности и роста. Мы были очень откровенны относительно проблем, которые были в нашем бизнесе, но мы восстановились и теперь растем разумными темпами. Спустя 20 лет люди больше не воспринимают мой бренд как просто ‘звездный’ бренд».
![[img-207111]](https://www.womanews.ru/wp-content/uploads/2026/09/imgp-98932-2202.jpg)
Только модный бизнес принес операционную прибыль в 1,5 миллиона фунтов стерлингов. Однако полная картина такова, что после уплаты налогов модный бизнес фактически понес убытки в размере 1,7 миллиона фунтов стерлингов. Более того, модному бизнесу был предоставлен новый заем в 1,5 миллиона фунтов стерлингов.
Модная индустрия действительно процветает, но стоимость продаж по-прежнему заоблачно высока и составляет 17,5 миллиона фунтов стерлингов для модного бизнеса, что на самом деле является ростом по сравнению с предыдущим годом. Модный бренд также должен 59 миллионов фунтов стерлингов кредиторам.
Если учесть бренд косметики и макияжа, цифры выглядят лучше. Victoria Beckham Holdings получила операционную прибыль в размере 7,3 миллиона фунтов стерлингов, а после уплаты налогов — прибыль в 2,4 миллиона фунтов стерлингов.
После запуска бизнеса в 2008 году ее неоднократно выручал муж, Дэвид , что делало ее посмешищем.
«Этот бизнес — для меня все, это абсолютно то, кем я являюсь, но это был адский путь. Я чуть не потеряла все, и это было мрачное, очень мрачное время», — сказала она.
«Я плакала каждый день перед тем, как идти на работу, потому что чувствовала себя пожарным. Мы были в минусе на десятки миллионов. Да, я иду домой к своему мужу, но я также иду домой к своему деловому партнеру, поэтому я должна была говорить с ним об этом. Он был вложен в это, и я это ненавидела. Я абсолютно ненавидела это».
Дэвид добавил: «Мы оба сидели и смотрели на то, что я инвестировал, и, думаю, часть этого разговора разбила мне сердце, потому что Виктория — гордая женщина. Когда мы познакомились, она была намного богаче меня, она фактически купила наш первый дом в Хартфордшире, известный как Беккингемский дворец, поэтому для нее прийти ко мне и сказать: «Можно мне немного, нам нужно больше денег, бизнесу нужно больше денег», — это было тяжело для нас обоих. Потому что у меня не было денег, чтобы продолжать это, и в конце концов я сказал: «Так больше продолжаться не может».
Виктория добавила: «Весь дом рушился, я теряла свой бизнес. Мне нужны были внешние инвестиции. Мне нужен был кто-то, кто помог бы мне. Я так отчаянно хотела спасти этот бизнес. Я сама была на грани срыва. Мне было стыдно, но это факт. Это не было чьим-то мнением, это не было чьей-то недоброжелательностью. Я была в яме, чувствовала себя в зыбучих песках. Я была в отчаянии. В очень, очень глубоком отчаянии».
Позже Виктория нашла Дэвида Бельхассена, чьей компанией Neo Investments было инвестировано 30 миллионов фунтов стерлингов в Victoria Beckham в 2017 году.
Она открыла свой первый модный магазин в США, эксклюзивный временный магазин в Bal Harbour Shops, работавший с мая по октябрь, и скоро откроет магазин в Нью-Йорке в сентябре, первое пространство Victoria Beckham в городе, объединяющее моду, красоту и парфюмерию.
В апреле бренд запустил успешное многосезонное партнерство с Gap, переосмыслив классические основные предметы гардероба Gap через дизайнерское видение Виктории.
